Вы здесь

Семинар Г.И. Седых - Перелицовка. Пародии студентов семинара

Дата семинара: 
мая 1, 2016

Студенты поэтического семинара Галины Ивановны Седых пишут друг на друга пародии. Подборку пародий семинар решил представить вниманию посетителей сайта.


Пародист: Тестов Даниил

 

Пародия на подборку Ольги Аникиной.

 

Блажен, кто в парке ест и пьёт:

Скамья, закуска — красота!

В кармане смех, но нет греха.

И всё глядишь один вперёд:

Алкаш с кикиморой бредёт

По тверди пыльной, тленной –

Наверняка блаженный,

Уж он-то в каждом парке пьёт.

 

Как будто голенький идёшь,

Одежды словно вовсе нет,

Вот, если б был топор... и нож,

Граната, мина, пистолет,

То сразу видно — приодет.

 

Восходит алая луна.

Потусторонняя жена

Из темноты звонит мобильной,

И голос, хриплый и могильный:

«Семь дней,» - и снова тишина.

 

Улыбка стынет на усте.

Сегодня в парке на песке

Допререкался я с одной

Упрямой старой шемпанзой.

Она украла домину,

Причём, представь, всего одну,

Украла туфлю с каблучком

И мой монокль — ну, очко.

 

Вдруг, наступил на граблю, сам,

И мне вкатило по зубам.

Иду в больницу, путь не долог,

Больничных Галок посчитать,

Больничных Вик, Олесь и Кать.

И говорит мне стоматолог:

«Воюйте с граблями потише,

Тут, вроде, никаких проблем –

У вас шатается двустишье

И скоро выпадет совсем».

 

Пародия на подборку Дарьи Леоненко.

 

Город на другие буквы и букву Г

 

Погляди! Полупрофиль поэта,

И прозаик стоит в полуфасс.

Жадный ветер, охотясь за светом,

Загоняет в подвалы всех нас.

 

И в немой пустоте я крещусь

Снизу вверх, да и слева направо.

Туча небо расколет, и пусть,

Я, вот, море делила по праву.

 

Ты прости, благородный Андраши,

Ты стал улицей, нам по пути,

Ты нарядней, и шире, и краше,

Только, это Россия, прости:

 

Тут такие же Ленин и Энгельс,

Даже с Марксом здесь можно пройти,

По России они разлетелись –

В каждом городе мне по пути.

 

Кот страшится походки Борея

И Ноата ладони большой,

Он бежит от Зефира скорее,

Как бы Эвр не сбил головой -

 

Он бежит всё быстрее, быстрее...

Вместо стенки теперь пустота,

А сыны титанида Астрея

Всё гоняют нещадно кота.

 

Чай с неправильно названной пышкой,

Вот и бублик какой-то не тот,

И ром-баба, ведь, баба не слишком –

Повар нагло, бессовестно врёт!

...

Полон Невский тайнами людей,

Наводнился Александр при луне.

Вдруг и я взнуздаю клодтовых коней?

Жаль, что занят медный конь у Фальконе.

...

В общем, ерунда.

Так, к чему веду я нити?

Соль и бирюза –

Наша кровь: вся жизнь в «Зените»!

 

Пародия на подборку Роксаны Найдёновой.

 

От критика к поэту

 

Привет тебе от высшего созданья!

Своим твореньем плоским и убогим,

О, ты, что причинила мне страданье,

Пародию лови с небес под ноги!

 

Я укажу, что нужно нынче людям,

Претензии в одну сплетая нить.

Прости, но мы тебя сегодня судим,

Ведь, гидру времени пора бы покормить.

 

Я обратился к человеку крайнему,

Просунув нос в твой стихотворный мир:

«Лицо у вас какое-то случайное,

Должно быть вы, дружище, пассажир?»

 

Я шёл. Темно и сыро под ногами.

А рядом взгляд идёт к кому-то в глушь.

Он шёл, скрипя своими сапогами,

Но не дошёл, свалившись в пропасть луж.

 

Желаю, коль не избежать ударов,

Пусть сердобольные враги вас изобьют.

Ну, разве что от конницы гусаров

Ничьи вас пожеланья не спасут.

 

Касперский-Гектор и Авира-Андромаха,

Вирусоборный Доктор Веб-Эней

Без зависания, лицензии и страха

Троян отгонят от компьютеров людей!

 

Пускай сгущаются критические тучи!

Пускай рецензии слетаются на бал!

Да, может быть сказал бы кто-то лучше...

Да, нет. Никто бы лучше не сказал.

 

 

Пародия на подборку Александры Орловой.

 

Заметка пациента, найденного в трамвае номер И

 

«Бывают дни, когда не хочется домой.

Хочу нестись, пока не надоест,

Но отсекли мне крылья за спиной...

Придётся тратить деньги на проезд.

 

Сентябрьский вечер. Номер И трамвай,

Вези меня, куда бы ты ни ехал!

Стой. Что за... лес, заброшенный сарай,

Тут нету лиц, и суеты, и смеха.

 

Вези в московский незнакомый край.

Не в Химки — ты совсем?! — ещё и ночью!

В Медведково — не надо, не въезжай.

И в прочие... А так, куда захочешь.

 

Вези, вези, куда бы ты ни ехал!

Стой. Гопников с железками полно.

Да, много лиц, и суеты, и смеха,

Но я хотела, ведь, немножко не того.

 

Вези, вези, нам некуда спешить!

Стой. Едем мы по кладбищу ночному.

Давай назад. Мы будем колесить,

Покуда мест не будет лучше дома!» –

 

Вот так и ехали. Теперь же, я саруха.

На пару звёзд густая плёнка наползла,

Кривится торс, не слышат оба уха,

А места лучше дома не нашла.

 

Нашли меня с трамвайчиком под Тверью,

Мы ехали шестнадцать тысяч лун.

Историю ты знаешь. А теперь,

Чтоб не кидалась я едой, как дикий зверь,

Покинь кровать, белохолатный говорун.

 

 

Пародия на подборку Натальи Тарковской.

 

Когда стихи не приходят, а ты затаскиваешь их силой на лист...

 

Делаешь вдох с трудом через кожу и думаешь: «Эх,

Уже четвёртый круг по цветущему болоту плыву.

И мне бы, лягушке, людских беззаботных потех,

Когда же Иван заберёт из болота стрелу?

Почему я всё время падаю не вверх, а вниз?

Почему глаза на лице, а не на затылке?

Почему от рождения до смерти, а не наоборот, проходит жизнь?

Почему одна ручка и четыре острия, а не наоборот, у вилки?»

Без свободы Слово, без корней дерево, без сил, без сил, без сил...

И выбесил! Ведь, когда приходят стихи, становишься тихим ты,

А когда приходит смерть, умирает тот, кто жил –

Прост, понятен и логичен родной наш язык.

Пускай же проносится марш всех бескрылых калек,

Бескрылые змеи пускай пошуршат чешуёй по траве,

Бескрылые звери пускай не сбавляют свой бег,

И мир наш пускай остаётся пока на земле.

...

По ночам пишут гопники сутры на стенах гаражей,

Ну, а это твоя неумытая снегом стена.

И живут по таким ведь и сотни, и тысячи тысяч людей,

Что таить, ведь по сутре такой выживает и наша страна.

Ты ставишь две чёрные розы, славя его поражение,

Открываешь все окна в квартире и завешиваешь все зеркала,

Зажигаешь усталые свечи и затягиваешь песнопение –

Всё во славу его поражения. Ты сегодня уснуть не смогла,

Ведь дельфин всё целует в изгибы коленей и локтя,

В повороты кистей и пальца, в сияние губ и глаза,

Прогоню его прочь с его мокрой сиренью и стану морской пеной, а хотя...

Пускай, ведь, все мы хотим больше, чем просто любви в два или в три раза.

Я опускаюсь на дно синих мозаичных рыб

И поднимаюсь к потолку красных мозаичных птиц.

Может вырастет наконец на окне этот чёртов гриб,

Может я упаду наконец вверх, а не вниз.

Мои стихи — рыдающий фавн, бессмертный феникс, белый единорог,

Могучий Левиафан, горящая Саламандра, опавший листок,

Шуршащий пакет, крылатая Стратим, звук тормозов,

Лесная дриада, лопата и грабли в сияньи оков,

Растрёпанный плащ, перевёрнутый кремль и сон,

Сатиры, и бесы, и черти, куриный бульон,

Весенние капли, умытые пылью сухих теремов,

Пустые бутылки, кентавры и струны стеклянных балов,

Бескрылые улицы, ветер со взглядом немым...

Ну, принцип вы поняли, в общем, а дальше самим.

 

Пародия на подборку Полины Шипицыной.

 

Её волосы. Её тёмные волосы были всюду: ложились на диван, кресло и кухонную посуду, мягко лежали на толстом ворсе ковра, забивались в рот и ночью, и днём, тихо, напоминая печенье и кофе с коньяком. Не то чтобы их вкус был так сладок, но уж точно слаще былин и сахарно-приторных сказок. Её тёмные волосы заполняли комнату вновь и вновь. Что поделаешь, когда линяет эта трёхлетняя кошка по имени любовь? Её латок не меняли, в рекордах записана неделя, а так где-то двое суток, там полно жёлтых газет, кто-нибудь сделает уток. После того, как захлопнулась дверь в ванную, творилось что-то магическое — нет других причин искать руку у волос, чтобы пожать. В квартире отключили электричество, пойду гулять, взяв с собой правду на поводке. Зачем ей намордник? Он ведь не в моде. Моя правда ведь любит добро, подумаешь, разок вцепилась, и теперь у прохожего сквозит нутро. Вот и весь мой троянский цикл: в гараж да на мотоцикл. Вот и весь мой цикл фиванский: купить весной виски, украсить вечер пьянством. Надо вскочить на коня и умчаться в бескрайние дали, пока не приехали граждане неизвестных больничных республик и не повязали. Если хотите, чтобы про вас писали, курите в метро Винстон и читайте классика. Если хотите быть худышками, играйте в классики — верный, дельный совет. И стало вдруг безразлично — есть или нет...

 

Пародия на подборку Никиты Рогожина.

PresentВА

 

Все называют батаном, изгоем в школе, во дворе

И дразнят бабой, чтоб ты ныл, забившись в маленькой норе,

Повсюду урки-деграданты, сломался новый карандаш,

И батареи ледяные... Не унывай! Зато Крым наш!

 

Не дураки, а фраера. Есть две дороги на Руси:

Подсуетился — гнить на нарах, закончил ВГИК — иди в такси.

Кругом без свастики фашисты, работа, цех, паршивый гаш,

Бесправие и диктатура... Могло быть хуже. Ведь Крым наш!

 

В меню элитных ресторанов простая надпись: «Всем по-флотски».

Читаешь подборку: Брод, брод, брод, потом, – раз, – Бродский!

Начальству тёмные ботинки ты вечно лижешь, словно паж,

Вот-вот отправят на войну... Живёшь лишь тем, что Крым-то наш!

 

Тавтологический повтор: Сейчас в России жить хреново.

Эпоха смут, болезни, смерть... Ещё и Тестов с Третьяковой

Свои пародии скребут про этих урок, этот фарш

И про фугас, что тронь — и ты без пальцев,

Ещё про то, что Крым-то наш!

(Чего он, в самом деле, докопался?)

 

И В ЭТОМ ВСЁМ прошу платок, смывая грим.

Я за платок отдам всё вдохновенье,

Гитару, честь и море, даже Крым!

(Прости, Настюш, ещё раз с днём рожденья)

Я, как фугас, забытый в дни тревог,

Лежу в траве и ЖАЖДУ ЧЬИХ-ТО НОГ.

 

 

Пародист: Малышев Тимофей

 

Пародия на подборку Кристины Стрелковой.

 

Ограничь себя во звуке и ощущении, ограничь себя, лиши себя мира; удвой свое тело, умножь свой разум; получи человека.

Рождается человек, из него вырастает имя, из имени вырастает надежда, из надежды вырастает мечта, из мечты – судьба. Судьба зависит от имени так же, как мелодия от уха, а линия от руки.

Рожденный комок назван Игорем – он становится Мальчиком. Мальчик – рукавички, каша, штанишки, солдатики, папа, раз-два-три, школа, влюбленность, женщина, учеба-работа-работа-мысли, семья, дети (которым дают имена), внуки, дом, дерево, собака, смерть.

Рожденный назван Анною – Девочка. Девочка – рукавички, каша, колготки, платье, куклы, мама, раз-два-три, школа, влюбленность, мужчина, учеба-работа-работа-мысли, семья, дети (которым дают судьбу), внуки, дом, сад, собака, ужин-завтрак, смерть.

Рожденный комок назван Тузиком – он становится щенком. Щенок – молочко, слепота, тяф-тяф, влюбленность, сука, гав-гав, прыг-скок, слепота, смерть.

Рожденный комок назван камушком. Он становится камушком. Камушек – леж-леж, лежать, лежал, полежал, лежит, IQ на уровне камушка, будет лежать.

Мальчик, девочка, Тузик, камушек; мир, выбранный жребием, порождает окружение, мысли, чувства, гендер, царство, класс, отряд, семейство.

Лишите камушка имени, лишите камушка IQ камушка, лишите каменное обязательства. Получите единое. Едино-существующее. Мировое.

Что значит писать от лица Тузика? – Это значит не признавать условностей, придуманных Матерью-природой, мне виднее, природа ошиблась, Тузик и камушек – одно и то же, я отвергаю чужой закон о понимании своего «Я».

Если я буду лежать и лежать, лежать и лежать, стану ли я камнем? Останусь ли я мужчиной? – Условности, вызванные природой.

Заберите у писателя комнату, заберите лист, ручку, прошлое. Оставьте только сущность. И пусть думает о себе вне пола, класса, вида, понятия одушевленности. Да, может это неправильно, лишать себя чужого бремени, но зачем тянуть его?

Поэту изначально дана лишь мысль и Бог.

Поэтому ниже Бога и проще мысли для поэта нет.

Я – Игорь, Я – Анна, я – человек, я – щенок, я – камень.

 

 

 

Пародистка: Софья Третьякова

 

Пародия на подборку Юхта Дианы.

 

Весна, лето, осень, зима... И снова весна.(Подражание Юхтаевой)

Помнишь, как мы ходили по краю земли
И дышали облаком пыли?
И сгребали песок, ели комья земли
Несклоняющихся фамилий.
Дураки были мы, а сейчас всё на так,
Я сейчас по Москве шагаю,
Я – студентка, а ты – всё такой же дурак,
Ничего, ничего ты не знаешь!
И теперь каждый день, внутрь не заходя,
Прохожу я мимо театра.
Ты пронырлив и гибок, как клён и змея,
А я царственна, как Клеопатра.
Снова буду тяжёлые сумки таскать

С пищей для наполненья утробы.
Скоро будет зима, можно будет опять
Вкусные пожирать сугробы!
Только грипп у меня, ведь болеет весь курс.
В настроенье пишу я унылом.
Громовержец проклятый шлёт сопли с небес
И озноб на асфальте червивом.
Нагревается кожа до самой кости,
Травы воют истошным воем.
Это что ж за фигня, Господи-то прости,
Целый месяц творится со мною?
Видно, это мне долбаные москвичи
В скверный кофе подсыпали бога.
Свет общаги. Рядами стоят фонари.
Это из магазина дорога.
Отдаляется в вечность мгновенье любви –
Я ночами Гомера читаю.

У меня кока-кола бежит по крови,
Но он и меня вырубает.
Раньше было окей. Можно было гулять,
Окутавшись сонною негой...
Надо бы из Москвы в тёмный лес убежать
И питаться землёю и снегом.

 

 

Пародии на подборку Чайки Марии.

***

Я нырнула под руку рукой,
Ноги кинула в простыню
И упёрлась в плечо головой.
Я, наверное, йогу люблю.

***

Я примкнула к обители чудных людей –
Уникальный талант через раз!
Кто-то видит сквозь стены и в темноте.
И ноздрёю пить может он квас.
Кто-то может оставить ноги в простыне,

Головой упираясь в плечо.
Боже мой, боже мой, ничего же себе,
Да они и поэты ещё!

***

Не выходи из комнаты, Иосиф Бродский.
Не покидай пятиэтажной высоты.
На скопище людей наткнёшься ты.
Зачем тебе Бальзак твардовский?
Не выходи из комнаты, Шекспир,
И не скрипи податливой подъезда дверцей.
Ликует радостно измученное сердце,
Есенин пьёт и всех зовёт на пир.
И злиться больше нету моих сил:
Сияют рты, склонялся над картиной:

Ахматова запутались с Мариной
И протирают старенький винил.
И где любовь? И где же тут мораль?
Где неразлучность, радость, слёзы?
Когда в руках Булгаков воскресал,
Судьба заговорила прозой.
Не выходи из комнаты, Пушкин,
Обмакивай своё перо и дальше
И в мире полном лжи и фальши,
Всем смело заявляй чей сын.
Но всё одно. Исхода нету.
Носки. Пол. Пастернак. Конфеты.
Но призрачны все мысли о еде.
Люблю, наверно. Рыцари, вы где?

 

 

Пародия на подборку Дарьи Леоненко.

 

Ничего необычного, просто вокруг Москва.
И коней, чтоб взнуздать, тут с огнём ты не сыщешь.
Из земли вырастает киоск с надписью "Шаурма",
А ещё тут неправильно названы пышки.
Ничего необычного, просто пасхальный базар,
На котором здесь люди торгуют любовью.
А оно и понятно: сценаристам не смотрят в глаза,
Потому что там чуть, со слезой и не долее.
Ничего необычного, просто реальность и быт.
В этом городе рушат не башни, а весь Вавилон.
Или как эти люди мне могут тогда объяснить
Почему водолазкой они называют бадлон?
Ничего необычного, просто команда Спартак.
И стадионы похожи на фарш, а совсем не на море.
Этот город пройти целиком может каждый дурак.
Дураки и дороги — это чисто московское горе.

И светилу небесному пальцы засуну я в рот,
И порву на себе я в клочочки кардиограмму.
Не пойму, как вообще до сих пор здесь кто-то живёт.
Забери меня, мама, обратно, пожалуйста, мама.

 

 

Пародии на подборку Шипицыной Полины.

 

ВДРЫЗГ, нареч. (прост.). Так, что потекло, так, что полетели брызги (в выражениях, означающих порчу, разрушение чего-нибудь, заключающего в себе жидкость). Миска со щами разбилась вдрызг. Кулаком разбил ему вдрызг лицо.
Окончательно, до потери сознания (с выражениями, означающими опьянение). Вдрызг пьян. Напился вдрызг.
Толковый словарь Ушакова.

Влюбиться вдрызг,
Отдаться слепо,
Разбиться в визг
В руинах склепа.
Мила, пользователь сайта ti-poet.ru

 

Никто не может быть принуждён к к выражению своих мнений и убеждений или отказу от них.
Конституция РФ, статья 29 пункт 3.

 

Мартовское Нечто.

Девятнадцатое марта — чёрный день. Это время дешёвого виски, купленного по акции, пары сигар, купленных на деньги, сэкономленные на виски, благодаря акции, проходившей в магазине, как проходит мимо быстротечная жизнь восемнадцатилетних подростков, которые, едва закончив школу, ещё не отвыкли вынимать из рюкзака сменку, непостоянную и переменчивую, как та голова, в которой водятся черти.

И я закрываюсь у себя в душе или, если быть точнее, в ванной, хотя меня никто не трогает, я ищу руку волос, чтобы её пожать, но нахожу лишь седой астрал, сидящий за чаем из слёз, которые ты уронила в периоды забвенья по вторникам и четвергам в мой истерзанный сомненьями жилет лучше для мужчины нет повести печальнее на свете всех милее всех прекрасней и белеет парус одинокий в тумане моря голубой вагон бежит качается скорый поезд набирает ход событий.

А теперь представим грушу, что висит прямо рядом с вашей рукой, но скушать её нельзя, потому что это лампочка. Вы выкручиваете её, засовываете в рот и не можете пошевелить челюстью и день, и два, может быть, протянете четыре-пять, в рекордах записана неделя, через неделю какой-то счастливец из Москвы, говорят, как-то раз дождался машины скорой помощи, но, кажется, это слухи.

Вы и правда подумали, что я не читаю Полозкову? А как не читать, если конь позвал, умоляя Кришну-Вицлипуцли забрать струящийся лёд, струящийся, как рыба об лёд... О, если б я имел коня...

А хуже всего, наверное, гражданке неизвестного мартовского Нечта, которое оно это, что заставляет сердце покрываться волосами и заливаться льдом. Гражданка Третьякова празднует в этот чёрный-чёрный день в одном чёрном-чёрном городе на одной чёрной-чёрной улице свой бесконечный, угнетающий, депрессивный День рождения. Ну ничего... Отоспится, произведёт пару обрядов очищения души и будет как новая. Если не продолжит вспоминать каждый раз ЧТО это за день.

 

***

 

Раскинулось поле широко,
По полюшку ветер свистит,
За что уцепляется око,
На этом потом и висит,
Как Пушкин, завоет протяжно
Лесной кобылицы дитя,
Россия, душою отважно
Люблю объезжать я тебя,
Ах, кони вы, кони вы, кони,
Ах, русский далёкий рассвет,
Весна, чьё бремя отважно
Скрывала Зима по лесам.

 

 

Пародии на подборку Найдёновой Роксаны.

 

Пишу по десять циклов в месяц
И распрекраснейше живу.
А тот, кто по стиху в неделю,
Тот... Я сочувствую ему.
Я горяча, я жажду мести,
А у других же стынет пыл.
Погиб поэт, невольник чести!
Его Касперский поразил.

***

Может, кто-нибудь скажет лучше
И дороже для сердца слова.
Здесь присутствует рифма до кучи,

Как получится, не всегда.

Здесь и осенью светит солнце,
Вышла вон. Темнота под ногами.
И свечи огонёк за оконцем.
Пассажиров все лица случайны.
Я пишу подряд несколько суток.
Не могу ни поспать, ни поесть.
Дар мой, что же ко мне ты жесток так,
Как безжалостен к Господу крест.

Из цикла "Поэтские стихи".

96

В наш век машин так трудно встретить тексты
И относиться к ним хоть сколь-нибудь толково.
Пародию свою опять напишет Тестов,
Пародию свою опять напишет Третьякова,

И в них не будет ни на грош того, что
Когда-то гидра времени пожрёт,
В сердцах их растопилась жалость
И из воды образовался лёд.

Сражу я их, когда-то, негодяев,
Количеством и силою своих стихов,
И будут все они сидеть, вздыхая,
А я им: "Ну, голубчики, ну ничего".

 

Пародистка: Шишкина Елена

 

Пародии на подборку Николая Решетникова

 

Табачный дым и свечи надоели,

Пускаю неохотно их в строку.

Герой и я – где грань? И есть искус

Закрыться от него в укромной келье.

 

Я восхищаюсь теми, что посмели

Отбросив маску, выйти по песку

К реке и морю. Вызволить тоску

Из клети рёбер, вот они при деле.

 

Вот так и мне бы, набодяжить чаю,

Поставить лампу наконец на стол,

Писать, черкать, чуть головой качая…

 

А сосны за оконцем посветлели;

И стелятся пусты, как мой раскол

Настойчивые щупальца метели…

 

***

 

Табачный дым и свечи надоели,

Отправлю свечи дедушке в Баку,
А сам – на море, бегать по песку

И сочинять поэму две недели.

 

Герой и я – где грань? А грани нет.

Я, как герой, сбежал из душной кельи,

От Вербера и Пауло Коэльо

В конце концов, я всё-таки поэт!

 

И призрак Пушкина последует за мной,

Мы даже сможем набодяжить чаю,

Поэт у моря мне откроет мир иной

 

Зимой. В метель я буду замерзать,

Вдруг – Пушкин у печи, главой качая

Напомнит всё, что я забыл сказать…

 

 

 

 

Пародия на подборку Екатерины Сазоновой

 

Научи

 

Не умею видеть свет,

Ослепленная темнотой.

Если крикнешь: «Привет!»

То не добавляй: «Постой!»

На улице пекло адовое,

Город почти пустой.

В общем, это и надо мне.

 

Перебираю кашицу мыслей,

Крупицы кидаю на дорогу,

Но в голове не становится чисто –

Бейте громче, бейте тревогу;

Странный июль: то бежишь от дождя,

То таишься от смога.

Научи меня жить, ничего не ждя.

 

***

 

 

Так трудно жить, тебя не ждя,

И ничего не ждать так сложно,

Но только гордость победя,

Преодолю себя, возможно.

По кругу в темноте бредя,

Тебя искать я буду вечно,

В надежде вечность проведя,

Что будешь ты со мной, конечно.

Что пеклом адовым жизнь всю

Не буду видеть - верю свято,

На телефоне я висю,

Тебе кричу: «Любовь распята!»

Из каши манной чудеса

Бьют в голове моей тревогу,

Я в ад спущусь. На небеса

Мне без тебя нельзя, ей-богу.

Лишь эту кашу разгребя,

Я напишу стихотворенье,

Совсем не ждя, не ждя тебя,

Возьму и встречу День Рожденья.