Через предельный страх к главным темам в судьбе человека. Интервью с прозаиком Алексеем Небыковым

Выпускники и преподаватели

Евгений Мирмович поговорил с прозаиком, автором хтонической прозы, выпускником ВЛК и аспирантуры Литинститута, главным редактором портала «Печорин.нет» и руководителем серии «Время прозы» в издательстве «Вече» Алексеем Небыковым о творчестве, метаморфозах современного искусства, о писателе на литературном поле и других вещах.

— Традиция — культурно-художественный опыт прошлых эпох, который писатели воспринимают как актуальный и ценный, берут как творческий ориентир. Новаторство — обновление и обогащение литературы: появление новых тем, героев, конфликтов, творческих методов, жанровых форм, художественных приёмов и средств. Чтобы стать новаторством, оно должно быть продиктовано глубоким пониманием вызовов времени, талантом и творческой смелостью. Традиция даёт основу, а новаторство, творчески переработав эту основу, двигает литературу вперёд. Абсолютизация только традиции ведёт к застою. Безудержное новаторство без связи с прошлым — к формальным экспериментам, которые могут оказаться бесплодными. Как вам, исходя из своего писательского опыта, удаётся найти гармонию между традициями и новаторством?

— Жанр страшной прозы, в котором я работаю, с одной стороны, выглядит как новаторство, а с другой, как раз, обращается к истокам и традиции. Поясню. Современные образцы литературы ужасов привычно пишутся доступным языком и концентрируются только на страхе, показывая натурализм в истории или создавая тревожную атмосферу. Тогда как для отечественной традиции (Гоголь, Пушкин, Жуковский, Одоевский, Даль, Сомов и др.) на первом месте всегда были смыслы, этический урок, чистота языка, красота его, и только потом эстетика страха. Поэтому, когда сегодня ты пишешь о вечном через оптику страха, это выглядит как новаторство. Но зато читатели твои остаются с тобой надолго и несут книги в домашние библиотеки, а не оставляют после прочтения на лавках в парке.

Сегодня, чтобы отстроиться от жанровых клише, я не называю свои произведения хоррором, а обозначаю прозу хтонической, отсылая и к античным истокам, и к двойной природе нашей русской мистики, которая может не только губить, но и защищать. Так книга моей малой прозы «Неодолимая тишина света», вышедшая в импринте «Молодость» издательства «РИПОЛ классик» в 2026 году, имеет подзаголовок «Русский хтонический рассказ» и говорит на пределе о главном в жизни человека.

Обложка

— Бытует мнение, что сегодня мы проходим период частичной утраты духовности и национальной идентичности. Если это так, то я очень надеюсь, что такой период подходит к концу и мы снова «идём в гору». На ваш взгляд, имеет ли место такой спад? Не создаёт ли он в литературе излишний крен на развлекательность, элементы шоу и даже эпатажа?

— Мне видится, что люди напротив уже сильно утомлены всем поверхностным, искусственным, проходящим. В обществе формируется широкий интерес к глубоким идеям, способным менять жизни людей. Генеративные сети еще больше способствуют формированию этой потребности к большим темам, к творениям, забирающим всю судьбу человека, к истинному искусству, — потому что перенасыщают время людей подделками, сделанными на коленке за несколько минут. Кроме того, и время теперь нешуточное. Страна ведет войну. Наступила пора для вопросов о том, зачем жить человеку, а не как ему жить.

— Писатель создает произведения, которые должны быть интересны читателям. Цель писателя — донести свои мысли, чувства и идеи до аудитории. Сейчас отношения писатель-читатель, к сожалению, переведено в плоскость продавец-покупатель, отсюда так много разговоров об обязанностях писателя с упором на то, что читатель (потребитель, покупатель) никому ничего не должен. Поэтому, если писатель принимает правила игры (суть отношений продавец-покупатель), то любая его жалоба или недоумение в адрес читателя выглядит непростительной глупостью. Покупатель всегда прав. Кто, на ваш взгляд, является локомотивом в сцепке писатель-читатель?

— Творец должен слушать прежде всего себя, а не ориентироваться на веяния, моду, запросы. Иначе он — не писатель, не создатель смыслов, не ориентир в жизни людей, а создатель текстов, умирающих сразу после прочтения.

О русском искусстве всегда говорили, что люди знакомятся с ним не потому, что их на улице застал дождь и надо переждать, а для того, чтобы изменить собственную судьбу, выйти после встречи с искусством навсегда преображенным. Мне близка эта идея. И я всегда говорю на встречах с писателями, что каждый свой текст стоит создавать не жалея себя, понимая, что сделал все для его совершенного рождения. Пускай долго, пускай соразмерно таланту. Но за кропотливый труд никогда не будет стыдно и, возможно, вечность запомнит и нас.

— Каким Вы видите будущее современной литературы и сетевой литературы в частности? Действительно ли реалистичная проза теряет популярность? Почему её место начинают вытеснять такие жанры и направления, как ЛитРПГ, попаданцы, бояръ-аниме? Или такое впечатление обманчиво?

— Сетевая литература, видится мне, утонет в потоке литературы генеративной. Кто все будет это читать? Кто сможет освоить подобные объемы? Уже сегодня целый ряд сетевых проектов схлопывается, теряет прежнюю аудиторию. А сами авторы, доверив ремесло генеративным сетям, утрачивают навыки писательства и, как результат, теряют интерес к профессии. Что касается игровых жанров, то я бы не сравнивал их с образцами прозы, которую относят к сегменту высокой литературы. Все-таки это разные вещи и цели у них отличные.

— Все мы в разные периоды жизни увлекаемся творчеством тех или иных писателей. Открываем для себя новые имена и преданно любим давно и хорошо известных авторов. Кто из литераторов (любого времени) стал или остаётся для вас наиболее значимым именно сегодня? Наверняка, таких имён несколько.

— Я убежден, что сегодня у нас время эпосов, масштабных произведений о великих поступках, недостижимых свершениях, о жертвах ради истины и блага других. Отсюда интерес и к экранизации подобных сочинений в кино, и восхищение мифом, в том числе и региональным, в литературе. И замечательно просто, что люди прочтут Гомера, Вергилия и услышат «Песню о моем Сиде».

Что касается меня, то я привычно читаю много произведений, как эксперт в различных проектах, а еще нужные вещи для написания собственных текстов. Для недавной вещи о свете внутри человека я перечитывал «Воскресение» и «Исповедь» Льва Толстого.

Небыков Алексей Александрович — русский прозаик, просветитель, главный редактор портала «Печорин.нет» и руководитель серии «Время прозы» в издательстве «Вече». Выпускник ВЛК и аспирантуры Литинститута. Лауреат литературной премии «Справедливая Россия» (2023). Финалист премий имени Фазиля Искандера, Александра Чаковского «Гипертекст», Владимира Арсеньева «Дальний Восток», Юрия Левитанского. Автор книг хтонической прозы «Неодолимая тишина света» (изд. «РИПОЛ классик», импринт «МОЛОДОСТЬ», 2026) и «Черный хлеб доро́г» (изд. «Вече», 2024). Автор литературных журналов «Роман-газета», «Нева», «Москва», «Дружба народов», «Аврора», «Урал», «Север», «Нижний Новгород», «Дон», «День и Ночь», «Волга — XXI век», «Турист», «Литературной газеты», других печатных и сетевых изданий. Член Федерации альпинизма России. Руководитель творческих экспедиций в горы: Килиманджаро (2019), Эльбрус (2021, 2023), Пик Раздельная (2022), Пик Ленина (2023), Казбек (2024).