Вундеркинд, советский Гамлет, вестник апокалипсиса. Каким был поэт Денис Новиков
«Люди слова» — новый проект «Сноба» о самых ярких явлениях русской литературы 1990-х. Автор проекта, корреспондент Алексей Черников, побеседовал для первого материала цикла с поэтом и культуртрегером Борисом Кутенковым о судьбе поэта Дениса Новикова, истории его любви с известной на весь мир голливудской актрисой, о том, чем Новиков отличается от Рыжего и Гандлевского, важно ли сохранять хорошие отношения с «тусовкой», чтобы тебя печатали, почему даже поэты-патриоты становятся эмигрантами и из-за чего талантливые авторы, как правило, не заканчивают Литературный институт.
В Литинституте, где он учился, как-нибудь сохраняют память о нем? Насколько Литинститут в принципе ценит своих сложных поэтов, из которых нельзя сделать то или иное знамя?
Входит ли Новиков в программу по современной литературе — я не знаю; когда я учился, то узнал о нем на первом же курсе от руководителя творческого семинара. Тот помахал в воздухе вышедшей тогда же (2007 год) «Визой» с ощущением крайней значительности. Когда же пытался писать диссертацию в аспирантуре, то имя Новикова при согласовании темы возражений не вызвало, в отличие от, скажем, «Московского времени». Но и тогда мне пришлось столкнуться с некоторым консерватизмом: один из пожилых преподавателей скептически отнесся к явлению «литературной группы» («Давайте мы сейчас пойдем, осушим бутылку за углом, а потом о нас диссертации будут писать»).
Знаю, что буквально в декабре прошедшего года в Литинституте проходил вечер памяти Новикова, на нем о поэте рассказывал Виктор Куллэ, но сам я на мероприятии не был. Я бы отметил, что все, кто сейчас занимается Новиковым, так или иначе имели в разное время отношение к Литинституту. А еще наблюдается такая тенденция: многие из действительно самобытных авторов, поступившие в Лит, не закончили его — то ли внутренне осознав свой творческий путь как не зависящий от семинаров, то ли внутренне противореча прилежности, «хорошему ученичеству». Новиков — не исключение.
