Галина Ахсахалян о том, как в общежитии Литинститута все просили комнату с видом на Останкинскую телебашню
Стихи, с которыми поступала, были настолько несовершенны, что после первого же семинарского обсуждения я их сожгла в костре на даче. Благодарна Игорю Волгину, который в моих стихах что-то увидел. Он не раз говорил: было бы зерно. После того обсуждения год не писала, а потом написала «Цветной сон»... Говорили, что похоже на Заболоцкого, но в те годы я мало читала Заболоцкого, «Столбцы» не читала точно. Литинститут помог мне иначе взглянуть на поэзию, научил отличать хорошее от плохого. Научить писать нельзя, но привить вкус можно.
Интересно, что родные и знакомые думали, что в Литинституте учат на преподавателей литературы и нисколько не удивлялись тому, что я там учусь. Девочка из учительской семьи, друзья родителей – учителя… Говорить, что Литинститут – один в стране и там учат «на писателей», было бессмысленно.
