Чубушник. Рассказ
Тихая и послушная Котик собиралась сделать ужасную вещь. Она знала, маме это не понравится, и будет неприятный разговор, со слезами, заламыванием рук, скрипом старых половиц, хлопаньем дверьми и мамиными надрывными всхлипами в подушку. Все это очень расстраивало. Но сказать непременно надо: деньги на билет только у мамы, да и уехать без объяснения причин как-то несерьезно, по-детски глупо.
Широкая улица изгибом уходила вниз, к реке. Вдоль нее струился аромат пышных белых чубушников. Деревянные двухэтажки косыми крышами мазали розовый закат.
Дом стоял на холме, мягко тронутые золотом кипени цветов так разрослись, что с покосившегося крыльца, где сидела Котик, реки не увидеть. И дуновения прохладной свежести сюда не поднимались.
Котик встала, ступени скрипнули, крыльцо взвыло, расшатанное и лишенное мужской заботы. Чиркнула калитка, ржавая петля, как обычно, поддалась не с первого раза. Вслед смотрели черные окна. Свет внутри не горел: мама экономила. Неужели придется ей сказать? Если бы только можно было обойтись без этого.
На площадке перед Домом культуры взволнованно и разгоряченно спорили одноклассники. Долговязый Ромка лихорадочно расхаживал туда-сюда, высоко жестикулировал. Огненно-рыжий Павик целился в него репейниками, но ни разу так и не попал. Остальные — кудрявый Костик, жгучая Каринка и круглый Максон — сидели на амфитеатре. Котик подошла к ним.
