Fiction

Тихая и послушная Котик собиралась сделать ужасную вещь. Она знала, маме это не понравится, и будет неприятный разговор, со слезами, заламыванием рук, скрипом старых половиц, хлопаньем дверьми и мамиными надрывными всхлипами в подушку. Все это очень расстраивало. Но сказать непременно надо: деньги на билет только у мамы, да и уехать без объяснения причин как-то несерьезно, по-детски глупо.

Широкая улица изгибом уходила вниз, к реке. Вдоль нее струился аромат пышных белых чубушников. Деревянные двухэтажки косыми крышами мазали розовый закат.

По одному и скопом

Родились и пошли — по одному и скопом… Путь был далёк.
Кто-то скакал, кто-то плутал, кто-то сбивался с ног.
Кто-то топтался на месте, кто-то и вовсе слёг.
Кто-то пел «аллилуйя», а кто-то — «помилуй, Бог!»

Наконец дошли, доползли, докатились: стоп, передышка, стан.
Кто-то ободран, кто-то обглодан, кто-то смертельно пьян.
Кто-то хром на обе ноги, в волосах репей и бурьян,
кто-то перебирает чётки, кто-то бьёт в барабан.

Моему сыну — Ивану Шаргунову

Человек без биографии

Однажды совсем юным я услышал, что у писателя Юрия Казакова где-то в лесу в деревянном доме остались рассказы, и другие бумаги, и пленки с какими-то беседами, но все это сгинуло — залито водой, сгорело, украдено…

Помню, огорчился и в ту же минуту вообразил: пропавшее можно отыскать. Вот было бы открытие! Я даже представил, как пробираюсь зарослями к заколоченному дому или выхожу на след кем-то унесенного.

26

Наутро вступительного сочинения Лука встал, как положено, рано, запил яичницу напитком из цикория, и когда уже был готов, выяснилось, что Надя еще не вставала, ей нездоровится.

Бабушка подняла суету, курсируя с первого этажа на второй: «Он опаздывает!»

Над лестницей, как над ступенями кафедры, разнесся размеренно-веский голос:

— Это его забота. Он же теперь сам по себе. Не опоздать бы в другом.

Часть третья

Прошло около тысячи лет. И теперь Ходжа Насреддин, очень старый человек, держит в руках раковину старинной идеи на ветрах нового времени, двадцатого века. Как он теперь справится со своей ношей?

Вопрос

Лишь только я слегка остыну,

Стерплю и как-то примирюсь,

То снова как пастух скотину

Он гонит в шею мою грусть,

Жить удивительно мешает,

Встаёт, и даже в полный рост,

На углях раскалённых жарит

Меня мучительный вопрос.

Вопрос о существе Господнем,

Всесилен Бог? а вдруг он зол?

Гонщик

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

1

Пластмассовый щелчок — резкий, как выстрел.

Клавиша упрямая, но палец отца упрямее.

Свет яростно залил комнату, не давая темени ни малейшей надежды укрыться под кровать, или забиться в уголок, или притаиться в складке одеяла.

— Рота, подъем! — в отцовском зычном голосе плеснулась веселая власть.

«Первый возглас, репетирует…» — подумал Лука, не шевелясь.

I

Действующие лица

Митя — выпускник средней школы, ныне абитуриент, 17 лет.

Алёна — абитуриентка, его двоюродная сестра, 17 лет.

Танечка — ее подруга, 16 лет.

Лена — абитуриентка, 17 лет.

Саша — студент-медик, 20 лет.

Антон Степанович — отец Алёны, 46 лет.

Костик — преподаватель литературы, бородач, 25 лет.