«Дальнейшее молчанье». К 90-летию со дня смерти Бориса Поплавского
1. Музыка немоты
Что толку повторять и без того короткую его биографию, если судьба его сродни судьбам других «русских мальчиков-эмигрантов»? Что толку вспоминать его странную и страшную смерть, если свидетельства о ней разноречивы и невнятны? Мелькнул «злоумышленник», не то «сумасшедший болгарин», не то, как сам себя величал, «князь Багратион», но всего скорее — эмигрант с дикими «идеями» в голове. Прошелестела почти мифическая записка, оставленная этим «псевдо-Багратионом», де умирать в одиночестве страшно, и потому он хочет прихватить с собой еще одного или двух. Пробежали слухи о яде, хотя большинство свидетелей сошлось на избыточной дозе героина. И что толку сокрушаться о том, что случайным «попутчиком» безумца оказался именно Поплавский? Сам он давно предвидел это:
Пока на грудь и холодно, и душно
Не ляжет смерть, как женщина
в пальто...
Образ обыденный и жуткий. С наркотической «холодной духотой».
