Алексей Варламов и Павел Басинский о Пушкине на Сенатской площади: «А был ли заяц?»
– В твоей книге будет глава, которая условно называется «Пушкин на Сенатской площади «. Но Пушкина не было на Сенатской площади 14 декабря 1825 года. Он находился в ссылке в Михайловском, там же не позднее 4 декабря узнал о смерти Александра I в Таганроге и, предполагая, что в Петербурге произойдет что-то важное, вроде бы решил нарушить предписание и отправиться в Петербург инкогнито по поддельному паспорту. В столице он хотел остановиться у своего друга еще с царскосельских времен Ивана Пущина, который как раз был деятельным участником восстания декабристов, за что потом угодил в Сибирь. Именно Пущин, гостивший у Пушкина в Михайловском в январе 1825 года, кое-что рассказал ему о готовящемся заговоре. И вот Пушкин поехал, но... Слуга свалился с белой горячкой, потом дважды перебежал дорогу заяц, потом по пути встретился священник (а это дурная примета!), и Пушкин вернулся. Таким образом русское пьянство и зайцы спасли Пушкина от Сибири как минимум. Писатель и пушкинист Андрей Битов, которого мы с тобой хорошо знали, вместе со скульптором Резо Габриадзе даже поставили памятник зайцу по пути в Михайловское. Все так?
– Даже если не так, жалко было бы этот миф разрушить. А вообще в жизни Пушкина не всегда можно провести четкую границу между тем, что осталось в памяти современников, и тем, что было на самом деле. Свидетельства мемуаристов разнятся и часто ненадежны. О зайце, например, рассказывала Мария Ивановна Осипова (младшая дочка соседки Пушкина в Тригорском Прасковьи Александры Осиповой-Вульф), которой в 1825 году было пять лет. Что она могла помнить? И я тебе больше скажу, раз уж речь зашла о Пушкине и зайцах. В сентябре 1833 года наш герой ехал из Симбирска в Оренбург, чтобы собирать материалы по истории пугачевского бунта, и вдруг дорогу ему перебегает заяц. И что ты думаешь, он велел поворотить назад? Да ничего подобного! «Дорого бы дал я, чтоб его затравить», – написал он жене.
Что же касается петербургского адреса, куда Пушкин мог направиться в декабре 1825 года, то чаще говорят не о Пущине, а о Рылееве. Во всяком случае хорошо осведомленный о пушкинских планах Вяземский много лет спустя писал в одном из писем: «О предполагаемой поездке Пушкина incognito в Петербург в дек. 25-го года… я слыхал от Пушкина. Главное, что он бухнулся бы в самый кипяток мятежа у Рылеева в ночь 13-го на 14-ое декабря «. Но ведь и Вяземский мог что-то напутать, да и Пушкин задним числом присочинить. Так что если оставаться на почве упрямых фактов, поэт в те дни был в деревне и писал «Графа Нулина «. Все остальное более или менее достоверные предположения. Однако заяц в Михайловском - был он или не был - неподсуден и неприкосновенен.
– Кто же тогда был на Сенатской площади 14 декабря? Какой Пушкин?
