Студенты Литинститута о творческой встрече с проф. И.А. Есауловым
Двадцать шестого марта две тысячи двадцать шестого года в Московском доме Достоевского состоялась творческая встреча с профессором Литинститута и МГИМО, доктором филологических наук Иваном Андреевичем Есауловым. Встреча была приурочена к выходу новых работ Ивана Андреевича: «Поэтики русской словесности» и «Бесконвойного Достоевского». В данный момент «Достоевский» выпущен в оформлении Виктории Гончаровой, студентки первого курса заочного факультета Литинститута. А тогда, в марте, присутствовавшие смогли полюбоваться первым, совсем небольшим тиражом, с эксклюзивной обложкой.
Вечер подчинялся некому внутреннему метроному: тридцать очерков о двенадцати писателях в одной книге, двенадцать глав о четырёх романах (пятикнижия – без «Подростка») – в другой. И дата, выверенная до цифры: 26.03.2026. Казалось, Иван Андреевич не просто рассказывает о поэтике, а дирижирует невидимой партитурой этого глубокого и вдумчивого разговора о литературе.
Только такой разговор и может получиться, когда слово поочерёдно берут Дмитрий Кириллович Богатырёв (основатель и ректор Русской христианской гуманитарной академии имени Ф. М. Достоевского, доктор философских наук, специально для этой встречи приехавший из Петербурга), Александр Николаевич Ужанков (историк литературы и культуры Древней Руси, доктор филологических наук, кандидат культурологии, председатель Научного совета по искусствоведению и культурологии Российского профессорского собрания), Александр Юрьевич Закуренко (писатель, филолог, специалист международного класса по вопросам русской и европейской литературы, философии, богословия) и многие другие. Свою весточку собравшимся передал и Стефано Алоэ, итальянский филолог, вице-президент международного «Общества Достоевского».
О чём же говорили? Пожалуй, правда обо всём. Вспомнили, что русская литература создавалась святыми – писали по благодати, порой не подписывались, но многие из тех, кто известен, канонизированы. И Достоевский кропотливо продолжал эту традицию. Недаром в центре «Преступления и наказания», ровно посередине звучит Евангелие, которое Раскольников читает Соне Мармеладовой. Запомнилось также наблюдение проф. Есаулова, что больше всех в русской литературе Святое Писание цитирует Иудушка Головлёв.
Отдельно стоит сказать о том, что в зале присутствовало много студентов Ивана Андреевича, к которым он неоднократно обращался со сцены – напомнил, что все молодые филологи обречены полемизировать с коллегами, порой даже чаще, чем опытные учёные, призвал не бояться этого. В пример этому – Александр Николаевич Веселовский, выдвинувший в своё время удивительную гипотезу об обратном соотношении филологии и фольклористики, предполагая, что всё ведь могло двигаться от христианского к языческому, адаптируя книжное христианское наследие для почвы народного сознания. Даже для нашего времени это звучит невероятно смело, а в девятнадцатом веке эта теория и вовсе встретила шквал критики. Теперь же мы знаем Веселовского как одного из самых эрудированных и «сильных» литературоведов.
Весна две тысячи двадцать шестого года оказалась донельзя морозной. Но в тот вечер холода отступили, а в «Московском доме Достоевского» было особенно тепло и уютно, царила дружеская атмосфера. И даже в сумерках были заметны улыбки выходивших из особняка, прикоснувшихся к чему-то по-настоящему прекрасному.
