Сумасшедшее сердце поэта. Александр Панфилов к 125-летию Сергея Есенина

Сен 30 2020
3 октября 2020 исполняется 125 лет со дня рождения Сергея Есенина. По этому поводу в «Литературной газете» вышла статья доцента кафедры новейшей литературы Александра Михайловича Панфилова.
Сергей Есенин

Бывают поэты живые и мёртвые. Отличить одних от других просто: о мёртвых не спорят, живые же не дают покоя десятки лет после своей земной кончины, они никак не хотят упокоиться на пьедестале, который им старательно возводят, – норовят спрыгнуть с него обратно в живую жизнь, вызывают яростное неприятие или коленопреклонённый восторг. В русской поэзии есть условно народная линия, ориентированная на фольклорную традицию, – Сергей Есенин в стихотворении «О Русь, взмахни крылами…» выстраивает её, опираясь на конкретные имена: вот «в златой ряднине» Алексей Кольцов, за ним – «монашьи мудрый и ласковый» Клюев Миколай, а третьим – он сам, «кудрявый и весёлый, такой разбойный» Есенин.

Однако вот же – с песенными стилизациями Кольцова давно всё ясно, никаких вопросов, а Есенин, 125-летний юбилей которого мы в этом году отмечаем (не верится!), по-прежнему вызывает шумные споры – и это несмотря на бесчисленные олеографические картинки, где русоволосому отроку уготовано вполне определённое место – скажем так, иконописное. Каялся в грехах, в «неверии в благодать», просил положить его «в русской рубашке под иконами умирать», да и сам же чуть в икону не угодил. Но нет, всё-таки не угодил, это было бы совсем неправильно, скучно. И не угодил не нашими стараниями, а собственным произволением, нежеланием быть каменным памятником. Вот именно потому, что живой.

Как будто века и не миновало. При жизни чего только не говорили о нём и о его стихах, сразу после смерти заспорили совсем уж ожесточённо, ныне – всё то же.

Бунин в 1927 году бранился, слишком уж доверившись «Роману без вранья» Анатолия Мариенгофа (откровенного вранья там, может быть, и не было, но художественных преувеличений, сознательного конструирования некоего умственного образа – сколько угодно!), – обнесли гроб с телом Есенина вокруг памятника Пушкину, а это, говорил будущий нобелиат, оскорбление всей русской культуре. Ещё говорил, что Есенин позорил по всему свету русское имя, что надрыв противопоказан русской поэзии, а виною всему водка, и история эта, подчёркивал Бунин, началась с того момента, как отечественную литературу населили всякие разночинцы, не имевшие понятия о том, что такое небесная гармония, а интересовавшиеся только социальностью… Были и мнения противоположные... <читать дальше...>