Евгений Сидоров на встрече министров культуры России
Не верил, что эта встреча состоится. Но случилось то, что случилось, сентябрьским вечером за ресторанным столом собрались пять мужчин и одна женщина.
Еще одна соединилась с этой честной компанией по видеосвязи со стаканом в руке и, виртуально чокаясь, не скрывала радости по поводу происходящего и обещала в следующий раз переместиться из цифрового мира в физически осязаемую реальность. Виртуальной женщиной была Наталья Леонидовна Дементьева, которая занимала пост министра культуры России с сентября 1997 года по сентябрь 1998-го. Сидящие за столом были ее коллегами разных лет. Ольга Борисовна Любимова, которая ныне руководит министерством культуры, заступив на эту важнейшую для нашей страны должность с 21 января 2020 года; Александр Алексеевич Авдеев, возглавлявший министерство с 2008-го по 2012 год; Евгений Юрьевич Сидоров, первый министр культуры новой России, которому выпала честь быть на этой должности с 1992-го по 1997 год, Александр Сергеевич Соколов, под чьим крылом после административной реформы с 2004-го по 2008 год работало министерство культуры и массовых коммуникаций, курирующее несколько профильных федеральных агентств, и, наконец, автор этих строк, впервые переступивший порог здания в Китайгородском проезде в 1993 году в качестве заместителя министра по приглашению Евгения Сидорова и Константина Щербакова, а с 2000-го по 2004-й занимавший первую позицию в этом государственном ведомстве. Меня могут упрекнуть в неточности и неполноте — до Е. Сидорова министром культуры был Юрий Мефодьевич Соломин, но он скорее был последним министром культуры РСФСР, назначенным в 1990 году и покинувшим этот пост в декабре 1991 года, — его, к сожалению, уже нет в живых. Два других коллеги — Владимир Константинович Егоров (был министром с 1998-го по начало 2000-го) и Владимир Ростиславович Мединский, который до назначения помощником президента РФ в январе 2020 года восемь лет возглавлял министерство, — отсутствовали, судя по всему, по уважительным причинам.
<...>
Но все же, все же... Хотя мы занимали наши посты в разные времена, кто в тощие, кто в тучные, кто в веселые, кто в сумрачные, нам приходилось решать схожие проблемы. От сохранения памятников до сбережения творческих кадров. Процессы развития страны выдвигали на первый план разные сферы деятельности, но министрам всегда нужно было сохранять баланс интересов. Поддерживая, скажем, кинематографистов, не забывать о библиотекарях и работниках музеев.
Мы могли использовать разный инструментарий, но отношения с мэтрами, которые считают, что любой министр культуры — их личный администратор, чьей важнейшей обязанностью является удовлетворение конкретных творческих потребностей, остаются неизменными. Убедить в обратном практически невозможно. Не раз писал о том, что директору важнейшего индустриального предприятия невозможно попасть к высшему руководству страны без профильного министра. В культуре, как правило, у больших мастеров свои отношения с властными структурами. В конце концов, министр фигура временная, что доказывало наше застолье, а выдающийся дирижер, певец или актер, что называется, персонаж на все времена. Это требует особой виртуозности от управленца. Министр культуры — посредник между высшей властью и деятелями культуры. Трудная позиция.
Мы говорили обо всем так, будто не впервые встретились в застолье, а как старые друзья... Может, и вправду, из этих встреч получится что-то путное.
