Александр Снегирёв. Монголия. Нескончаемое путешествие

мая 27 2022
На портале Год литературы опубликованы впечатления доцента Литинститута, писателя Александра Снегирева о проходившем с 20 по 22 мая 2022 в Улан-Баторе международном «Книжном фестивале».
Фотоколлаж

В столице Монголии Улан-Баторе 20-22 мая прошел международный книжный фестиваль. В составе российской делегации его посетил писатель, замглавреда журнала «Дружба народов» Александр Снегирёв. Как сейчас принято, он вел публичный путевой дневник – и по завершении этой далёкой недельной поездки по нашей просьбе обработал его и предоставил для публикации свой писательский травелог в пяти частях.

19 мая

Спросили, куда еду? Ответил – в Монголию. Сказали, а нормально нельзя ответить? Ответил – правда в Монголию.

Второй день в Монголии, в Улан-Баторе. Международная книжная ярмарка. Теперь между Москвой и Улан-Батором нет авиарейсов из-за санкций, летели до Улан-Удэ, дальше на двух автобусах: на одном до границы, на втором до Улан-Батора. Можно было на поезде, но это не так интересно. За эту дикую в хорошем смысле идею спасибо Олегу Шишкину.

<...>

На пункте досмотра наш пограничник увидел у меня пару номеров «Дружбы народов» и спросил, не везу ли я запрещённую литературу. Ответил, что это всё пока разрешено, но списки регулярно обновляются.

<...>

20 мая

Сухая трава, рыжие горы, серо-каурые мохнатые существа: то ли лошади, то ли яки, то ли коровы, то ли собаки. Крыши красные, жёлтые, серые. Кое-где дощатыми заборами выгорожены квадраты степи. Внутри квадратов юрта, дровник, тачка. Юрты белые, перетянуты тремя жгутами.

Здесь понимаешь, каждый народ сформирован родным регионом: итальянцы строят из мрамора, русские – из дерева, монголы – из шерсти.

Поэтесса Анна Банаева сказала, есть традиция – съесть подснежник – уругэ. Встав на четвереньки и сорвав зубами со стебля. Это нужно, чтобы перестать быть человеком и почувствовать себя бараном. Я сказал, что и без цветка это умею, но на четвереньки встал и синий бутон зубами сорвал. Анна сказала, это была шутка – цветок смертельно ядовитый. Я сказал, что доверюсь обстоятельствам, вдруг я ищу смерти. Пожевав немного, я добавил - ищу смерти, а найду расстройство желудка. Литературный критик Константин Мильчин, который считает, что я своими текстами разрушаю русскую литературу, сказал, что так обычно и бывает.

Были в заповеднике у скалы Черепаха. Все разбрелись, а потом вернулись. Сказали, двое писателей поднялись до половины скалы, а третий поднялся почти до половины. Спросили, что в это время делал я. Сказал, что в это время я выкурил сигарету.

Докурив, начали искать урну, выбросить окурок. Урну не нашёл, зато нашёл маленький домик, забитый мусором так, что сыплется из окон.

У дороги увидели привязанного к столбу орла, с которым фотографируются туристы. Писатель Алексей Варламов долго смотрел на орла и сказал – орла жалко, хорошо бы его выпустить. Я сказал – отличная идея, и мы спросили хозяина, сколько стоит выпустить орла. Хозяин сказал – полтора ляма. Мы сказали – дорого, даём пятьсот тысяч. Хозяин увидел, что у него убежала лошадь, и погнался за ней на мотоцикле. Мы предложили его жене восемьсот, жена сказала, надо дождаться хозяина. Руководительница нашей группы сказала, пора ехать, водитель торопится. Я сказал – пять минут, и начал собирать деньги со всех в долг до гостиницы, мы с Варламовым решили выкупить орла пополам, если хозяин согласится за восемьсот. В последние дни курс рубля в Монголии вырос.

Коллеги мне сказали: орёл далеко не улетит, его всё равно поймают, сказали – нельзя давать большие деньги человеку, у которого их никогда не было, сказали – я адвокат дьявола, сказали – водитель не может ждать.

Я сказал – наверное всё так, но я хочу дать орлу выбор. Наш с Варламовым выбор – рискнуть деньгами, выбор орла – улететь или остаться.

Хозяин всё не возвращался, пришлось сесть в автобус, но тут хозяин вернулся, и мы вылезли из автобуса. Я сидел на заднем сиденье, пришлось просить сидящих впереди пропустить.

Хозяин отпустил орла, пока мы пересчитывали деньги. Орёл летел низко с ремешком на лапе и приземлился метрах в двухстах. Мы сказали, что так не договаривались, что орла надо отпустить полностью, без ремешка, и чтобы мы видели.

Хозяин съездил за орлом на мотоцикле и легко поймал его за ремешок. Было видно, что орёл не стремится никуда улетать. Или не может. По ходу они с хозяином друзья или даже сообщники. Мы заплатили сорокет за беспокойство и уехали.

У всех было ощущение облегчения, бурятский поэт Амарсана сказал, вот и люди так – их выпускают, а они отлетят недалеко и ждут, когда их снова поймают.

25 мая

Пять или шесть (сбился) полных дней в Монголии плюс двое суток авто-авиа пути насыщены максимально. Преодоление в общей сложности 450 километров по грунтовой трассе погрузило в атмосферу «Безумного Макса», в клубах ночной, высвеченной фарами пыли, из которой по-норштейновски выглядывали лошади, нас подбрасывало головой о крышу кабины, но никто даже не проснулся.

В путешествии нам встретилась элегантная российская таможенница с длинным зеркальцем, женщины-менялы с пачками кэша, красавица-официантка, признанный переводчик, непризнанный поэт, третий президент Монголии и множество прекрасных людей. На одном из моих выступлений в первом ряду сидели двое пьяных: один в шляпе, а другой то и дело спрашивал «деньги есть?». Я ответил – денег как грязи, пьяный сказал – ты мужик.

В какой-то момент накатила усталость, но Мильчин отвёл в сауну, где всё, особенно табуреточки для душа (душ принимают сидя), оказалось настолько маленьким, что мы изрядно приободрились и бросились выступать с новой силой.

Встреча с местными студентками Лита, которые меня знают, встреча с переводчиком и, что показалось невероятным, с читателями, заметно подтянули мой иммунитет. Изобилие мяса и захватывающих дух видов привели к такой умственной концентрации, что каждый день я пытался провести дистанционный семинар прямо из номера и так и не провёл.

Спасибо Татьяне Восковской и Евгению Резниченко за приглашение и заботу, Олегу Шишкину (у которого пол-Монголии читатели и зрители) за организацию автотрипа и историко-психоделические консультации, Константину Мильчину за фотографии и за разговоры, которые у смертных называются душевными, Алексею Варламову за содержательное общение, а Монголии за впечатления, не просто остающиеся в памяти, а меняющие тебя в самом правильном смысле этого слова. Ты вернулся в цветущую майскую Москву, куришь и понимаешь, что некоторым путешествиям закончиться не суждено, и это путешествие — одно из таких.

Читать полностью...