«Близкого к идеальному биографу Розанов находит в Варламове». Антон Секисов о новой книге Алексея Варламова

Мар 2 2022
На портале «Горький» опубликована рецензия Антона Секисова на вышедшую в издательстве «Молодая гвардия» книгу ректора Литинститута Алексея Варламова «Имя Розанова».
Василий Розанов

Розанов-антисемит, Розанов-юдофил, Розанов-женщина, Розанов-мужчина. Всем этим обличьям русского философа и попыткам понять, как они уживались в одном человеке, посвящена книга Алексея Варламова «Имя Розанова» из серии «ЖЗЛ». О ней для читателей «Горького» сегодня рассказывает Антон Секисов.

Биографий Василия Розанова написано много, при этом возникает непраздный вопрос: стоит ли поклонникам его творчества в них заглядывать. Как любителей колбасы вряд ли обрадует информация о том, из чего и как она сделана, так и читателей, зачарованных «музыкой слов» в розановских «Уединенном» и «Опавших листьях», углубление в биографию и «творческую мастерскую» автора гарантированно повергнет в уныние. Общеизвестно, что Розанов — личность спорная и противоречивая, но мало кто знает до какой степени.

К тому же Розанов не прозаик и не поэт, он писал преимущественно в публицистическом жанре — о «судьбах родины» и на религиозные темы. И кажется, что для понимания такого рода текстов вовсе не обязательно закапываться в детали биографии их создателя. Но парадокс Розанова в том, что все его тексты о судьбах родины и сущности христианства целиком вырастают из бытовых обстоятельств и сиюминутных настроений.

Идеальный биограф Розанова должен быть человеком небрезгливым, хладнокровным и, само собой, въедливым, но в то же время обладать огромным запасом любви к его писаниям — чтобы не бросить свой труд на середине, не в силах совладать с неприязнью к герою. Или не превратить биографию в сборник скабрезных историй (другой вариант — партсобрание о «моральном облике»). Вероятно, близкого к идеальному биографу Розанов и находит в Варламове.

Для писателя Алексея Варламова Розанов — персонаж не новый. Розанов был одним из героев его романа «Мысленный волк», появлялся в качестве эпизодического героя и в других биографиях автора, изданных в «ЖЗЛ». (Варламов — постоянный автор серии, это уже восьмая его книга для «Молодой гвардии».)

От этого обстоятельства частично страдает читатель, которого интересует сугубо Розанов, а не приключения героя Розанова в книгах Варламова. Он, например, только вскользь касается важнейшего мотива в биографии Розанова — его отношений с Михаилом Пришвиным, за подробностями отсылая к своим предыдущим книгам.

Кроме того, сперва возникает опасение, что в новой книге Варламова Розанов может предстать в приукрашенном виде. Автор «ЖЗЛ» пристрастен и не скрывает пристрастности: «Я слишком люблю Розанова», — говорит он в одном интервью. «Революция, которую совершил Розанов в русском языке, стиле сродни тому, что сделал в начале ХIХ века Пушкин», — заявляет в другом. «Без этого человека не было бы Серебряного века», — пишет он в предисловии к книге.

Но, как будто предчувствуя такого рода опасения, Варламов тут же подчеркивает, что не намерен обходить неловкие моменты и собирается «спокойно во всем разобраться»: «Если мы хотим Розанова по-настоящему понять, то надо быть готовым к откровенностям любого рода».

Впрочем, если подумать, других вариантов у биографа и не остается. Попросту невозможно написать глянцевую 500-страничную биографию Розанова, в которой не будет «неловких моментов». Ведь вся жизнь Розанова — один бесконечно длящийся «неловкий момент».

При этом одной «готовности к откровенностям» тут недостаточно. Задача реконструировать обстоятельства жизни Розанова не так проста. Вроде бы есть немалый массив воспоминаний и свидетельств о нем, но значительная часть этих свидетельств намеренно искажает реальность, потому что слишком пристрастна (как всегда и во всем у Розанова), произнесена в полемике, написана «в моменте», «на эмоциях», с определенной, иногда корыстной целью. Розанов и сам много писал о своей жизни, но верить Розанову на слово — это как доверять вору-карманнику свой кошелек.

Варламов не спешит с выводами и действительно пытается «спокойно во всем разобраться». Один из наиболее интересных моментов книги и одна из главных в ней тем — новый, или отличный от устоявшегося, взгляд на роль первой и единственной официальной жены в биографии Розанова. Аполлинарию Суслову принято демонизировать, а вторую, гражданскую жену Розанова, Варвару Бутягину, наделять ангелическими чертами.

<...>

В чем же смысл названия варламовской книги — «Имя Розанова». Можно подумать, что это просто каламбур ради каламбура, но это отсылка к тексту писателя Анатолия Королева...

Читать дальше...