Ольга Болгова о рассказе Стефена Диксона «В пути» в переводе Эльмиры Шарифуллиной

Текст 
Авг 27 2020

Начавшийся в мае проект кафедры иностранных языков по переводу малой прозы уже в зените. Рассказы «Как ловить рыбу удочкой» Алексея Николаевича Варламова и «Всё будет хорошо» Михаила Михайловича Попова переведены на английский, а «Десятое декабря» Джорджа Сондерса и «В пути» Стефена Диксона – на русский.

Открывая проект, его координаторы – Ирина Алексеевна Шишкова и Ирина Всеволодовна Соколова призывали преподавателей, студентов и всех интересующихся практикой перевода присылать свои отзывы на работы наших начинающих переводчиков. И первый отклик поступил на сделанный Виталием Ракитянским перевод «Десятого декабря» Дж. Сондерса.

Сегодня мы публикуем отзыв старшего преподавателя кафедры иностранных языков Ольги Вячеславовны Болговой на перевод рассказа «Down the Road» Стефена Диксона, выполненный студенткой поэтического семинара О.А.Николаевой – Эльмирой Шарифуллиной.

Напоминаем, что вы тоже можете присылать свои отзывы о проекте на электронную почту кафедры: kafin@litinstitut.ru.


Рассказ «В пути» С. Диксона в переводе Эльмиры Шарифуллиной читается на одном дыхании. С первой и до последней фразы находишься во власти этого необычного монолога, обращенного одновременно и к бессловесной спутнице героя, и к читателю. Несмотря на кажущуюся простоту текста, в нем содержится немало подводных камней, представляющих трудность при переводе, и можно уверенно сказать, что переводчику удалось найти удачные решения в каждом отдельном случае.

Уже зачин рассказа заставляет задуматься: в оригинале мы видим целую фразу (Just as its starting to get dark), которой противопоставляется один-единственный безличный глагол («Вечереет»), что позволяет избежать в переводе ненужного нагромождения слов. Аналогично переводчик умело использует опущения там, где это оправданно и избавляет читателя от лишних подробностей. Так, в первом абзаце, когда герой пытается определить состояние своей спутницы, буквально «зажав пальцем одно ухо» и припав «другим ухом к ее груди» (I hold my breath while I press my ear to her lips, put a finger in my ear and the other ear to her chest […]”), в русском переводе ряд деталей опускается, так как они лишь утяжелили бы текст («Задерживаю дыхание, прижимаюсь ухом к ее груди […]»).

Обращает на себя внимание прекрасная работа со словом. В переводе живо воссоздаются разговорные интонации и выражения. К примеру, замечательно передана английская фраза “Let's just see if you can” (буквально – «Давай посмотрим, получится ли у тебя»): «Ну же, попытка не пытка». Кроме того, переводчик проявляет необыкновенную изобретательность в поиске эквивалентов, тем самым избегая нежелательных для русского текста повторов. В одном из фрагментов текста неоднократно используются существительные “sleepwalking”, “awake-walking” и их однокоренные слова. Для конструкций с корнем “sleepwalk”, который автор использует четыре (!) раза, найдены следующие соответствия: «лунатик», «ходить во сне», «быть во сне», «побыть сомнамбулой». Столь же разнообразен перевод выражений с противоположным значением, в составе которых четырежды упоминается слово “awake”: «наяву», «в бодрствующем состоянии», «в полном сознании», «начеку».

Еще одной задачей, которую рассказ ставит перед переводчиком, является вопрос о том, как быть с различными единицами измерения, характерными для англо-саксонского мира. С одной стороны, «дюймы», «футы», «мили» несомненно отражают национальный колорит произведения. С другой стороны, градусы по шкале Фаренгейта всё же пересчитаны в температуру по шкале Цельсия, что, безусловно, привычнее русскому читателю. В оригинале герой обеспокоен тем, что температура в течение часа может опуститься «с тридцати до двадцати, а затем до десяти и нуля» (“If it's thirty degrees now, it could be twenty degrees in an hour and ten degrees and then zero degrees later on and so forth”), но читателя это может сбить с толку, поскольку речь идёт о градусах по Фаренгейту. В переводе после пересчёта температур картина выглядит куда более пугающей: «Если сейчас ноль градусов, через час температура может упасть до минус пяти, минус десяти, потом минус двадцати градусов и еще ниже». В другом отрывке сохраняется дословный вариант перевода: «Сейчас градусов на пять холоднее, чем полчаса назад» (It's already about five degrees colder than it was a half hour ago). Можно было бы упрекнуть переводчика в непоследовательности и неточности, т.к. пять градусов по Фаренгейту соответствуют примерно трем градусам по Цельсию. Однако разница настолько мала, что переводчик совершенно справедливо пренебрег формальной стороной вопроса: ведь «градусов на пять холоднее» звучит гораздо естественнее, чем «холоднее градуса на три».

В заключение остается только поблагодарить Эльмиру Шарифуллину за добросовестную, кропотливую работу и приятные минуты, проведенные за чтением ее перевода, а также пожелать ей новых творческих свершений.

О.В. Болгова